Дом, где открывались сердца
Поводом к написанию этого материала стал недавний комментарий одного пользователя в Интернете, который просмотрел несколько десятков номеров журнала «Советское фото» с 1926 по 1991 год, переведенных энтузиастами в электронную версию. Вот его слова: «Сначала я думал — там просто подборка фотографий, а оказалось, что это полноценные журналы по фотосъемке. Было очень любопытно посмотреть на фото разных лет. Я думал, что фотки за 1926 год будут древними... Ан нет, просто техника была другой, а все остальное таким же, как сейчас. Те же люди и эмоции, только вот душевной теплоты было больше, и счастье какое-то настоящее, неподдельное».
И мне захотелось вспомнить о 1980-90х годах, когда я работала в журнале. Тем более, что эти годы были и переломными, и пестрыми, и шокирующими, и яркими. А фотография, как ни крути, документальный срез эпохи. Не надо кирки и лопаты, не надо археологических раскопок — открой «Советское фото»! Когда этим летом я достала с дачного чердака коробки с журналами и начала их листать, то пришла к выводу, что как память, т.е. способность сохранять и воспроизводить прошлый опыт, так и время, тесно связанное с пространством, в фотографии гораздо протяженнее, чем предполагают эти термины. Фотографические Память, Время и Пространство могут быть сколь угодно протяженными. И зависят, в сущности, от троих участников происходящего: фотографа, зрителя и посредника между ними. Таким посредником и выступает фотографический журнал.
За каждым медийным брендом стоят люди. Субъекты со своей памятью и пониманием времени. Сейчас термин «СМИ» употребляется все реже, поскольку его расшифровка как «средство массовой информации» устаревает,на смену ей приходит понимание цели и назначения масс-медиа как средств массовой коммуникации.
Журнал «Советское фото», издаваемый с апреля 1926 года, первым редактором которого был Михаил Кольцов, являл собою настоящий бренд. Журнал объединял, учил, пестовал, представлял, искал, знакомил, обобщал, анализировал, направлял, открывал... Создавал банк «зримой памяти». И делали его во все времена люди творческие и профессиональные.
Когда в 1981 году я пришла в редакцию, там трудилось 25 человек, это был полноценный и полнокровный сложившийся коллектив со своими традициями и лидерами. Хочу первыми вспомнить тех, с кем я проработала 16 лет, кто делал журнал, и кого уже нет.
Это Михаил Леонтьев, заведующий отделом фотолюбительства и фотоискусства, обладавший феноменальной фотографической памятью, вкусом и пониманием того, что фотографично. Журналист с легким пером, блестящий эрудит и поэт, которого без преувеличения высоко ценили все: и продвинутые фотолюбители, и фотохудожники Советского Союза.
Лилия Ухтомская, наша «фотографическая мама», пришедшая в редакцию с огромным опытом работы бильд-редактора. Составитель многих фотоальбомов, куратор выставок, она знала всех репортеров, их жен и детей, а также не только то, что кто снял и только собирается снимать, но и что у него происходит в личной жизни, не надо ли помочь. И помогала, мирила, подбадривала...
Анатолий Фомин, заведующий отделом теории и истории фотографии, знакомый со всеми музейщиками и коллекционерами, написавший несколько книг по фотографии.
Вилен Разин, ответственный секретарь, фронтовик, журналист, человек удивительной чистоты и порядочности.
Ирина Маркарова и Людмила Клодт, талантливые художники журнала.
Павел Ивченко, заведующий отделом техники, абсолютный авторитет в своей области, проводивший различные испытания новой фототехники и оригинальные конкурсы вроде «10 000 технических идей».
Это Тамара Берсеньевская, художественный редактор и трудоголик, которая гоняла в хвост и гриву сотрудников, невовремя сдающих в секретариат материалы.
Виктория Павлова, переводчик, модница и умница, благодаря которой читатели увидели в журнале многое из зарубежной фотолитературы, приходившей в редакцию.
Тамара Гаврилина, корректор с голосом оперной певицы и васильковыми глазами, которая подкармливала не только всех кошек и голубей за окном нашей редакции, но и заходивших к нам харчиться мышей...
Юрий Ванюшев, печатник, который делал копии с оригиналов лучше самих оригиналов.
Даниил Луговьер, заведующий фотолабораторией, по чьим чертежам было изготовлено многое из ее уникального оборудования, мастер спорта, путешественник, фотограф.
Рудольф Крупнов, заведующий редакцией, бывший руководитель московского фотоклуба «Кадр», бесконечно преданный фотографии философ и балагур. Был раз такой эпизод. Поднимаюсь пешком к нам на шестой этаж, а Миша Леонтьев мне говорит: «Крупнов застрял в лифте, его видно между этажами, пойди его повесели, пока придет мастер». Подхожу и вижу: крупногабаритный Крупнов сидит в кабине лифта... на табуретке. Спрашиваю, как это ему удалось, и в ответ слышу: «Заранее захватил с собой из дома!».
Без всех этих штучных людей нельзя было сделать журнал «про фото» таким насыщенным по содержанию и востребованным у миллионов читателей.